Люди

Искрометный талант Леонида Гайдая

По кассовым сборам в Америке он был бы мультимиллионером, а у нас же...

Наверное, нет на постсоветском пространстве человека, которому были бы незнакомы фильмы Леонида Гайдая.

Фразы из них «Жить, как говорится, хорошо, а хорошо жить еще лучше!», «Чтоб ты жил на одну зарплату!», «За чужой счет пьют даже язвенники и трезвенники» и т.д. стали крылатыми и прочно вошли в наш лексикон. Но путь короля комедии к всенародному признанию не был легким. Трудно поверить, но к его первым картинам публика отнеслась равнодушно, а фильм «Жених с того света» едва не стоил ему карьеры...

Сын каторжанина

Леонид Гайдай родился 30 января 1923 года в городе Свободный Амурской губернии. Его отец Иов Гайдай был железнодорожником и бывшим каторжником, уроженцем с. Ореховщина Полтавской губернии, мать, Мария Гайдай, была родом из Рязани. У Леонида также были старший брат и сестра - Александр и Августа. Иов Исидорович был из крепостных и попал на каторгу в 22 года за свою революционную деятельность. После скитания по тюрьмам его послали на работы по постройке Амурской железной дороги. С женой он познакомился по переписке, через ее брата, который отбывал каторгу с ним. Когда Иов отбыл свой срок, они поженились и всю жизнь прожили в любви и согласии. Гайдаи поселились в Амурской области. В 1923 году Гайдаи переезжают в Читу, а в 1936-м - в Иркутск. Здесь и пускают корни. Жизнь шла своим чередом, дети подрастали. Старший сын, Александр, с детства проявлял литературные способности. Младшему, Леониду, больше нравилась художественная самодеятельность. Он ездил с культурным десантом от клуба железнодорожников по Кругобайкальской дороге, с удовольствием декламировал Маяковского и Зощенко. В 1940 году ему даже вручили книгу Чехова «По Сибири» с надписью: «Лучшему участнику художественной олимпиады».

На фронт!

О начале войны Леонид узнал через два дня после выпускного и на следующий день пошел записываться добровольцем. Но его не взяли из-за возраста. Ожидая призыва, он поступил на работу в Иркутский областной драмтеатр рабочим сцены. Вскоре туда был эвакуирован московский Театр сатиры, а иркутский театр уехал работать в Черемхово. Леонид остался в Театре сатиры - ставил декорации, открывал и закрывал занавес. Он перезнакомился с известными актерами, выучил наизусть все спектакли. А 7 февраля 1942 года наконец был призван в армию. Занимался поначалу тем, что объезжал диких лошадей из Монголии. Затем окончил полковое училище, стал сержантом и был назначен командиром отделения. Подобно другим своим сверстникам, Гайдай страстно желал оказаться на фронте. Хорошо известна история, как на все вопросы офицера, приехавшего отбирать пополнение в действующую армию, Леонид отвечал: «Я». Состоялся примерно такой диалог, спустя много лет использованный в фильме «Операция «Ы»: «Кто в кавалерию?» - «Я», «В артиллерию?» - «Я», «В разведку?» - «Я», «Во флот?» - «Я». Недовольный офицер отвечал: «Да подождите вы, Гайдай, дайте огласить весь список».

В итоге Леонида отправили на Калининский фронт. Поскольку он хорошо знал немецкий, его определили в разведку. В составе своего взвода он неоднократно бывал во вражеском тылу, захватывал языка и был удостоен нескольких наград. В декабре 1942-го в боях за деревню Енкино он забросал гранатами огневую точку противника, уничтожив трех немцев, и был награжден медалью «За боевые заслуги». В 1943-м, возвращаясь с задания, он подорвался на противопехотной мине, получив тяжелейшее ранение ноги. Около года провел в госпиталях, перенес пять операций. Ему едва не отняли ногу, но Гайдай убедил хирурга, что этого делать нельзя, ведь после войны он собирается стать артистом. Последствия этого ранения преследовали его всю жизнь. Время от времени рана открывалась, выходили осколки, воспалялась кость, и эти мучения длились годами. Посторонние об этом не только не знали, но и не догадывались, потому что Леонид терпеть не мог показывать свои болезни.

Будущий режиссер

После ранения Гайдай приехал в родной Иркутск на костылях. Но быть инвалидом не собирался. Уже в феврале 1944-го его приняли в театральную студию при Иркутском драмтеатре, а в августе 1947-го он оканчивает ее. Довольно быстро Гайдай стал местной театральной звездой. Особенно он блистал в комических эпизодах. При появлении Гайдая на сцене зал содрогался от смеха. Казалось бы, вот он, долгожданный успех. Однако Леонид трезво оценивал свои возможности, понимая, что внешность у него специфическая и репертуар его ограничен. Он захотел попробовать себя в качестве режиссера и принял решение ехать в Москву, поступать во ВГИК, на режиссерский факультет.

Гайдая приняли в мастерскую Г.Александрова. Он заметно выделялся на фоне других студентов. Своим актерским талантом он удивил многих преподавателей.

Здесь, в Москве, он не только получил профессию, которая станет делом его жизни. Среди его однокурсниц оказалась девушка, ставшая для него женой, подругой и музой в одном лице, - Нина Гребешкова. Поначалу она его ужасно стеснялась: все-таки восемь лет разницы в возрасте, у него за плечами фронт, а она - обычная студентка, пусть уже и с небольшим опытом в кино. Близкое знакомство началось, когда Гайдай пригласил Нину в свою студенческую постановку «Отец Горио». С другими артистами он репетировал днем, а Гребешковой назначал время на вечер - чтобы была возможность проводить девушку до дома. В одну из таких прогулок Леонид неожиданно сказал: «Ну что мы с тобой все ходим, ходим? Давай поженимся!» Она согласилась, и их брак оказался счастливым и прочным. Нередко Гребешкова играла в картинах своего мужа. Правда, больших и главных ролей он своей супруге, в отличие от других режиссеров, не поручал.

«Он был замечательным режиссером, прекрасным мужем и очень хорошим, чистым, светлым человеком. Но жить с Гайдаем было нелегко», - честно признавалась Нина много лет спустя. Не могло быть и речи о том, чтобы попросить его погулять с ребенком или сделать что-то по хозяйству. Даже ремонтом их машины Гребешкова занималась сама. Снимать жену в эпизодах своих комедий он начал почти случайно: перед съемками «Кавказской пленницы» у Гайдая открылась язва, и питаться ему нужно было по особой диете. Нина взяла с собой их дочку Оксану и отправилась на съемочную площадку.

Режиссер работал, а она готовила ему котлетки на пару, пока кто-то не предложил снять ее в роли второго врача - раз уж все равно приехала. Работа Гребешковой-актрисы Гайдаю понравилась, и практически во всех его следующих картинах жена появлялась в эпизодах. Уже перед смертью, в больнице он с грустью признался Нине, что очень виноват: не снял ни одного фильма специально под нее.

Первые картины

С середины 50-х годов Леонид Иович обратился к режиссуре и с тех пор на экране появлялся лишь изредка в эпизодических ролях в собственных фильмах.

Прежде чем снять всеми любимые комедии, Гайдай попробовал себя в совершенно ином жанре: его режиссерским дебютом был драматический фильм «Долгий путь» (1956 г.) по сибирским рассказам В.Г.Короленко.

Картину заметил режиссер Михаил Ромм - и каким-то образом разглядел в ней юмористический талант Гайдая.

Молодой режиссер прислушался к совету Ромма - и не прогадал. Правда, первая же снятая им комедия едва не стоила ему карьеры. Фильм «Жених с того света» категорически не пропустила цензура, а режиссеру запретили снимать новые картины. Чиновникам из Минкульта этот фильм не понравился, так как в нем сатирически были изображены бюрократы. Фильм подвергся жесткой цензуре и был сокращен почти вдвое. Это была единственная его картина, так пострадавшая от цензуры. В дальнейшем из подобных сложных ситуаций он выходил со свойственным ему юмором и стоическим спокойствием. Скажем, к «Бриллиантовой руке», когда его издергали придирками и требованиями то вырезать песню «Остров невезения», то еще что-нибудь, он взял и приделал вдруг в финале кадр... атомного взрыва. И заявил, когда приемная комиссия пришла в ужас: «Все уберу, но вот этот кадр - никогда!» В итоге его упросили убрать взрыв, зато все остальное благополучно осталось.

Новое начало

Решающий поворот в его киносудьбе произошел, когда он уехал в родителям в Иркутск. На чердаке деревянного дома он обнаружил номер «Правды» с фельетоном в стихах «Пес Барбос» Степана Олейника. Фельетон увлек его. Он тут же рассказал сюжет жене: «Нинок, ты послушай, как это смешно! Бежит Пес - 2 метра пленки, за ним Бывалый - 3 метра, оглядывается - 1,5 метра. Общий план - бегут все...» Родные только плечами пожали: «Три дурака бегают от собаки со взрывчаткой, которую сами же и бросили. Что ж тут смешного?» Но жена поддержала его и оказалась права.

9-минутный фильм «Пес Барбос и необычный кросс» имел огромный успех, его тут же разослали по посольствам. Гайдай нашел настоящую золотую жилу. Незатейливая короткометражка породила уникальный феномен трех суперпопулярных героев советского кинематографа - Балбеса, Труса и Бывалого, которые потом были задействованы в следующей короткометражке «Самогонщики» и других картинах.

«Операция «Ы» и другие фильмы

В 1964 году Леонид Иович начал работу над новым фильмом - он должен был называться «Несерьезные истории» и рассказывать о приключениях студента политехнического института Владика Арькова. В ходе работы Владик превратился в Шурика (цензоры увидели в имени главного героя ассоциацию с Владимиром Лениным), а фильм назвали «Операция «Ы» и другие приключения Шурика». Успех картины превзошел все ожидания. В 1965 году она стала лидером кинопроката, в течение нескольких месяцев после премьеры ее посмотрели почти 70 миллионов человек. Многие находили, что Шурик похож на самого Гайдая, это подтверждала и его жена: «Шурик действительно во многом похож на Леню. Конечно, не является его точной копией, но доброта, искренность, наивность и пренебрежение материальными благами у героя картины точно от Гайдая. Как Шурик был полностью погружен в учебу («Операция «Ы»), потом в работу над диссертацией («Кавказская пленница»), затем в научные открытия («Иван Васильевич меняет профессию»), так и Леонид Гайдай существовал, кажется, только в своем творчестве. Главным для него всегда была работа. В наш общий дом он приходил, чтобы отдохнуть, а настоящая его жизнь проходила на «Мосфильме».

Комедии «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», «Кавказская пленница» и «Бриллиантовая рука», удостоенная Государственной премии в 1970-м, образуют своеобразную комедийную трилогию 1960-х годов. Все эти фильмы являются также самыми кассовыми - только за 15 месяцев проката их посмотрели 222,8 млн. зрителей, то есть практически все население СССР. В целом же аудитория в советских кинотеатрах на фильмах Гайдая составила около 600 млн. человек (например, у Стивена Спилберга в США зрителей было раза в полтора меньше). То есть, по весьма грубым прикидкам, кассовые сборы могли быть в размере 200 млн. рублей в ценах до 1991 года. В Америке он был бы при жизни мультимиллионером, у нас же жил скромно, как тот же Семен Семенович Горбунков из «Бриллиантовой руки».

В 1971 году на экраны вышла комедия «12 стульев». Сам Леонид Гайдай не раз признавался, что это одна из его самых любимых картин. Экранизировать роман Ильфа и Петрова режиссер решил еще в 1967-м, до своей знаменитой «Бриллиантовой руки». Однако руководители Госкино велели ему подождать, пока Михаил Швейцер поставит «Золотого теленка». В результате съемки начались лишь в 1970-м. Самой большой трудностью стали поиски актера на роль Остапа. Гайдай перепробовал множество кандидатов и остановился было на Высоцком. Но перед началом съемок Высоцкий запил, и Гайдай заявил: «Высоцкого снимать никогда не буду». И слово сдержал. В результате Остапом стал никому тогда не известный Арчил Гомиашвили. Однако озвучивал его другой актер, и из-за этого Гомиашвили обиделся и не разговаривал с Гайдаем несколько лет. Кстати, Леонид Гайдай вообще любил эксперименты с переозвучиванием актеров. Например, героиня Светланы Светличной в «Бриллиантовой руке» говорит другим голосом - собственный голос актрисы показался Гайдаю недостаточно волнующим.

Последние годы

В 70-е годы режиссер снимает фильмы по русской и советской литературной классике «Не может быть!» (по рассказам М.Зощенко), «Иван Васильевич меняет профессию...» (по М.Булгакову) и др. В 1981-1988 годах Гайдай снимал сюжеты для киножурнала «Фитиль». К слову, в «Иване Васильевиче» Гайдай чуть не угробил Наталью Крачковскую. По сценарию она, увидев на соседнем балконе царя, в погоне за мужем должна была перелезть с одного балкона на другой. Актриса, которая страдала жуткой боязнью высоты, долго отказывалась исполнять этот трюк. Тогда Гайдай пошел на хитрость, уверив, что прямо под ней повесят специальную люльку с людьми, которые будут страховать актрису. Гайдай рассчитывал, что Наталья со страху не будет смотреть вниз и не заметит подвоха. Но Крачковская, перелезая через перила, все-таки посмотрела вниз и, теряя сознание, стала сваливаться с балкона. К счастью, находившиеся рядом люди успели подхватить ее уже соскальзывающее тело. После случившегося этот эпизод с картины пришлось убрать. Главные роли Царя-Бунши и Жоржа Милославского должны были исполнять совсем другие актеры, под которых и писался сценарий. Так, на Ивана Грозного Гайдай пригласил Юрия Никулина, но тот отказался: «Это же Булгаков! Фильм ляжет на полку! Зачем снимать то, что никто не увидит». Как показало время, актер ошибся. Фильм стал лидером кинопроката, который только за первый год посмотрело более 60 млн. зрителей. Роль Жоржа Милославского изначально предназначалась Андрею Миронову. Но у Яковлева с Мироновым дуэт не сложился. Пришлось искать замену. Выбор пал на Леонида Куравлева, блистательная игра которого в немалой степени обеспечила популярность фильму. В фильме было задействовано немало знаменитых артистов. Среди них был и Валерий Золотухин. Правда в кадр он не попал, но именно он, а не Куравлев, исполнил главную песню картины «Вдруг, как в сказке, скрипнула дверь...».

Перестроечные работы Гайдая: «Опасно для жизни!» (1985), «Частный детектив, или Операция «Кооперация» (1989) и «На Дерибасовской хорошая погода, или На Брайтон-Бич опять идут дожди» (1992) уже были гораздо слабее.

Гайдай не любил официальных регалий, и даже когда стал народным артистом СССР, просил представлять его просто: режиссер. Никогда не давал интервью - считал, что все и так сказано в его фильмах. И за всю жизнь так и не посчитал нужным как следует залечить фронтовое ранение.

Рана периодически открывалась, но Гайдай не придавал этому значения. И продолжал снимать свои комедии - хотя после каждой обещал завязать и снять серьезный фильм.

«Снимать комедию для меня - это вредная привычка. Вроде курения», - смеялся он.

Но скоро обе плохие привычки сыграли с ним злую шутку. В начале 90-х, сняв свой последний фильм «На Дерибасовской хорошая погода...», Гайдай понял, что стране сейчас не до смеха. И стал отказываться от всех сценариев.

А в 70 лет попал в больницу: к незаживающей ране на ноге прибавились проблемы с дыхательными путями из-за постоянного курения. Гребешкова была рядом дни и ночи - у нее на руках 19 ноября 1993 года он и умер...

Подготовила Вера Назарова


п»ї
Читайте в этой рубрике

Хронограф

Родился Хонда

Основатель знаменитой автокомпании Соитиро Хонда родился 17 ноября 1906 г. в японском городе Хамамацу, в семье кузнеца. У отца была мастерская по ремонту велосипедов, где мальчик приобщился к технике. В 15 лет он уезжает в Токио и устраивается в ремонтную автомастерскую... Читать статью полностью

















На заметку потребителям
Реклама
Товары
Будь в курсе!
Курсы валют в Украине
Афиша
Телефоны служб
Новости
Loading...
Новости
Loading...
Новости