Люди

Кулибин от хирургии

Створки митрального клапана Амосов смастерил из купленной в США нейлоновой рубашки

15 лет назад, 12 декабря 2002 года, на 90-м году жизни умер Николай Михайлович Амосов - гениальный кардиохирург, отец украинской биокибернетики, всемирно известный писатель и автор нашумевшей методики продления молодости.

Он по праву считался одним из самых выдающихся медиков в мире, которого, помимо сугубо медицинских вопросов, волновали проблемы геронтологии, искусственного интеллекта, социальной инженерии.

Долгий путь к призванию

Родился Николай Амосов 6 декабря 1913 года в Вологодской губернии, в крестьянской семье. Рос без отца. Жили бедно. Хлеба и того не всегда хватало, мясо - только по праздникам. Несмотря на бедность, его мать, работавшая акушеркой, никогда не принимала подношений от пациенток. Так же в будущем станет поступать и великий врач Амосов. Впрочем, врачом он стал не сразу. Даже в школу пошел в 12 лет, а до того не умел ни читать, ни писать. Но уже через несколько месяцев его начали ставить в пример как прилежного и талантливого ученика. Учителя дивились его тяге к знаниям, а свою любовь к чтению он пронес через всю жизнь. Из-за того, что дядя Амосова считался врагом народа, о мединституте не могло быть и речи. Поэтому после школы он поступает в механический техникум, после окончания которого отправляется работать в Архангельск - начальником смены на электростанции. В 19 лет он женился на Галине Соболевой. Поступил в Заочный индустриальный институт. Решил продолжить учебу в МГУ, но... В приемной комиссии ему сказали: «Будут все пятерки - пройдете, нет - значит, нет». И, как писал Амосов: «Забрал я, несчастный, документы и вернулся в Архангельск. Пришлось поступать в медицинский». Документы он подал вместе с женой. Но обогнал ее очень скоро - за первый год учебы Николай Михайлович прошел два курса! И это не бросая заочного института. Вот как позже он об этом вспоминал: «После заочного института вся эта медицинская зубрильная наука казалась пустяком». Мало того, в это время он еще и проектировал огромный аэроплан с паровым котлом и турбиной для дипломной работы индустриального института. Остается только удивляться его редкой работоспособности и умению не распыляться, а работать на полную мощность - оба его диплома, и врача (1939 г.), и инженера (1940 г.), были с отличием.

По дорогам войны

Неудивительно, что при таком напряженном труде времени на семью не оставалось. Да и вообще личная жизнь у него всегда была даже не на втором, а на третьем месте. Первым делом была работа, вторым - страсть к изобретательству и конструированию. Через 6 лет после свадьбы Николай и Галина расстались, так и не заведя детей. В своих воспоминаниях по поводу первого брака Николай написал категоричное: «Дурак!»

После расставания с женой Амосов уехал из Архангельска и поступил хирургом-ординатором в больницу Череповца. Первой его операцией было удаление опухоли на шее. Но не успел он привыкнуть к этой работе, как началась война. Амосов стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя-2266, который перемещался на конной тяге по полям сражений. Через руки пяти его врачей прошло за войну 40 тысяч раненых. «За всю войну мне не довелось быть свидетелем броских, эффектных героических поступков. Но я видел другой, повседневный, ежечасный героизм, видел массовое мужество», - вспоминал он позже о работе своих коллег по госпиталю. А после случая, когда легкораненый боец погиб от проведенной Амосовым анестезии (у него была непереносимость новокаина), Николай Михайлович пришел в такое отчаяние, что решил покончить с собой с помощью нескольких ампул морфия. «На фронте враг стреляет, а тут я убил человека!» - повторял он, когда его нашел и откачал коллега-хирург.

Но напряженная работа с ранеными не прошла для Амосова даром. Пытаясь снизить смертность, Николай Михайлович разрабатывает свои методы операций. Например, новый вид операции на суставах позволял выживать раньше погибавшим от сепсиса больным. Свои наработки он описал в диссертации. Но его ученая карьера пока не складывалась - эта работа получила отрицательный отзыв (ее не приняли по единственной причине: она была написана от руки в конторской книге).

Здесь же, на фронте, Николай Михайлович встретил операционную сестру Лиду Денисенко. Она пошла на войну добровольцем после третьего курса пединститута и служила в медсанбате. Осенью 1941-го их дивизия была окружена, и Лида месяц блуждала по лесам с группой солдат. Через линию фронта их перенаправили партизаны. Из Москвы ее командировали в госпиталь, где работал Амосов. «Она была отличная операционная сестра и красивая девушка. Наш роман тянулся полгода. В 1944 году мы оформили брак в городе Речица. Еще до этого пришло письмо от Гали, что она служила на Северном флоте, вышла замуж и ждала ребенка». Вместе они встретили Победу, но демобилизовываться было рано - началась война с Японией. Госпиталь-2266 отправили на Дальний Восток. После капитуляции Японии Амосов попал в Маньчжурию, где в лагере военнопленных лечил больных тифом. Демобилизоваться он смог лишь в 1946 году.

Мирная жизнь и следствие

После войны Амосов перевелся на работу в Москву, в Министерство медицинской промышленности. А вскоре Сергей Юдин, главный хирург НИИ им. Н.Склифосовского, пригласил его к себе в институт. Правда, здесь Николаю Михайловичу пришлось поработать инженером: разбираться с аппаратурой в операционной, чинить приборы, составлять расписание. Оперировать ему не предлагали, но за это время он написал уже третью кандидатскую диссертацию: «Первичная обработка ран коленного сустава». (Вторая была написана еще на Дальнем Востоке.) Но в 1948 году Сергея Юдина арестовали по ложному обвинению в шпионаже, и Амосову пришлось перейти в Брянскую областную больницу. Вот где пригодился весь его военный опыт: приходилось оперировать желудки, пищеводы, почки, другие внутренние органы. Особенно хорошо ему удавалась резекция легких - при абсцессах, раке и туберкулезе. Николай Михайлович разработал собственную методику операций.

В 1949 году он выбрал тему для докторской диссертации, которую блестяще защитил в 1953-м: «Резекция легких при туберкулезе». Амосов отправился в Киев делать доклад на эту тему и демонстрировать технику операции. Директор Киевского института туберкулеза и грудной хирургии А.Мамолат был потрясен его выступлением и сразу же предложил Амосову возглавить клинику грудной хирургии. Жена Николая Михайловича, Лида, доучившись в педагогическом, решила получить и высшее медицинское образование, для чего поступила в Киевский мединститут на хирурга. Амосовы решили обосноваться в Украине.

Но тут начались неприятности в виде следствия. За пять лет работы в брянской больнице Амосов сделал 200 резекций легких при раках, нагноениях и туберкулезе. Весь удаленный материал хранился в бочках с формалином. Следователь бочки опечатал и предложил сотрудникам сознаться, что Амосов удалял легкие здоровым людям. В отделении быстро провели партийное собрание, на котором об убийствах заговорили в открытую. Позже выяснилось, что один следователь, муж больничной медсестры, захотел таким образом сделать на Амосове карьеру, разоблачив преступника в белом халате. Как раз незадолго до этого в Москве арестовали группу кремлевских «врачей-отравителей» и написали в газетах об их вредительстве. Дело против Амосова закрыли только после смерти Сталина.

В 1956 году в жизни Николая Михайловича произошло важное событие - родилась дочь Катя. До этого он не ощущал потребности в детях, но уступил настояниям жены. И с первой же секунды Катя стала его самой большой любовью. Шутя он называл ее «экспериментальным ребенком». С самого раннего возраста Катю активно обучали, развивали у нее тягу к наукам и творчеству. В 15 лет она в течение одного года проштудировала школьный курс трех старших классов и поступила в Киевский медицинский институт. В 33 года защитила докторскую диссертацию, став профессором-кардиологом.

Большая сердечная хирургия

Настоящее признание пришло к Амосову, когда он стал оперировать на сердце. Первые попытки помочь детям с тяжелыми пороками сердца были сделаны им в 1955 году. А в 1957-м Николай Михайлович поехал на конгресс хирургов в Мексику и увидел там операцию на сердце с аппаратом искусственного кровообращения, когда все кровеносные артерии пережимались, при этом кровообращение в организме больного не прекращалось. Он загорелся сделать для своей клиники такой же аппарат. Вернувшись в Киев, засел за его эскизы - все-таки он был не только хирургом, но и инженером. За неделю сделал чертеж, аппарат изготовили за два месяца. В начале 1958 года попробовали отключить сердце на собаке, а в конце года рискнули перейти на человека. Только третий больной перенес такую операцию. Это было в апреле 1960 года. После этого в клинике торакально-грудной хирургии, которую возглавлял Амосов, началась эра «большой сердечной хирургии». Сначала оперировали врожденные пороки, потом начали протезировать клапаны. В 1962 году Николай Михайлович принес в клинику купленную в Америке нейлоновую рубашку. Из вырезанного куска нейлона он смастерил створки митрального клапана, который впервые в Союзе вшил больному. Спустя три года Амосов создал и первым в мире стал использовать искусственные клапаны с покрытием.

Отец биокибернетики и писатель

Всю жизнь Амосов пытался довести медицину до уровня точных наук. В 1960 году он основал и возглавил отдел биологической кибернетики в Институте кибернетики. Его волновали идеи создания искусственного интеллекта, проблемы психологии и модели личности, социологии и модели общества, глобальные проблемы человечества. От зарплаты у себя в клинике, работая ее научным руководителем и делая по шесть операций в неделю, Амосов отказался, получая ее только в Институте кибернетики. Однажды на санпропускнике клиники вывесили объявление, собственноручно написанное Амосовым на белом листе бумаги: «К сведению больных и их родственников! Убедительно прошу и настаиваю: не приносить дорогих цветов и прочих подарков. Амосов». Объявление куда-то исчезло. Написал новое - и его постигла та же участь. Вскоре выяснилось: больные уносили листы с подписью Амосова как сувенир - на память. Новое объявление уже взяли под стекло в рамку.

Сердечная хирургия с искусственным кровообращением развивалась интенсивно, протезирование аортального клапана сердца Амосов поставил на поток. По интенсивности работы хирургов его клиника занимала одно из первых мест в стране - 2,5 тысячи операций в год. На вопрос, сколько часов в сутки он работает, Амосов отвечал: «Сколько нужно!» Все ошибки, в том числе и его собственные, открыто обсуждались в коллективе. Если была проявлена небрежность - хирурга лишали права оперировать на три месяца, а то и на полгода.

В 1969 году в США была напечатана книга Амосова «Мысли и сердце». Отзывы о ней были прекрасные, и журнал Look («Взгляд») прислал к нему корреспондента и фотографа. А началось его писательство после одного трагического случая: «Однажды осенью 1962-го, после смерти на операции больной девочки, было очень скверно. Хотелось напиться и кому-нибудь пожаловаться. Я сел и описал этот день. Так возникла глава «Первый день» в книге «Мысли и сердце». Долго правил, выжидал, сомневался. Прочитал приятелям, знакомым, всем нравилось. Напечатали в «Науке и жизни», потом издали книгой. Писатель Сент-Джордж, американец русского происхождения, перевел на английский, были переводы почти на все европейские языки. В общей сложности издавали больше 30 раз. Правда, денег платили мало: Союз не подписал конвенцию о защите авторских прав. Знаменитым стал, богатым - нет». Потом художественную прозу сменила фантастика, воспоминания, публицистика: «Записки из будущего», «ППГ-22-66», «Книга о счастье и несчастьях», «Голоса времен» и, наконец, «Раздумья о здоровье».

Бросая вызов старости

В 1983 году клинику Амосова преобразовали в Институт сердечно-сосудистой хирургии, где, кроме хирургических обязанностей, он исполняет и директорские. Но здоровье Николая Михайловича ухудшалось - у него очень часто было высокое давление и почти постоянно болела голова (по утрам давление 200, а вечером - все 220). Частота его пульса опускалась до 34 ударов в минуту. Необходимость в кардиостимуляторе стала очевидной. 14 января 1986 года Амосову вшивают кардиостимулятор. После чего он возобновляет физические нагрузки, доводит их до предельных.

6 декабря 1988 года Николай Михайлович добровольно оставил пост директора Института, в котором проработал 36 лет и где сделано 56 тысяч операций на сердце. Расставание с коллективом и больными было тяжелым. Но возраст давал о себе знать, 75 лет - не шутка.

Прошло четыре года. В 1992 году Амосов остро почувствовал, как неумолимо надвигается немощь. Он принимает тяжелое для себя решение: расстаться с хирургической практикой. При этом он думает не о себе, он переживает за больных, не хочет подвергать их опасности, так как его физическое состояние может сказаться на результатах операций. Он так же, как и прежде, продолжает ежедневно выполнять свои 1000 движений и 2 км бега трусцой. Амосов в возрасте 79 лет, невзирая на свое больное сердце, принимает парадоксальное решение. Вместо уменьшения физических нагрузок решает их увеличить в три раза. Мало того, он говорит, что пульс надо доводить до 140 и выше, иначе занятия непродуктивны.

Он был убежден в том, что старение снижает работоспособность, мышцы детренируются, это сокращает подвижность и тем самым усугубляет старение. По его мнению, чтобы разорвать порочный круг, нужно заставить себя очень много двигаться. Амосов подсчитал, что для этого нужно выполнять 3000 движений, из которых половина с гантелями, плюс 5 км бега. Так начался эксперимент по преодолению старости. В первые полгода он омолодился лет на десять, у него нормализовалось давление, стал в целом себя чувствовать лучше.

Прошло еще три года. В 1995 году его организм начал давать сбои: появилась одышка, стенокардия, стало ясно, что порок сердца прогрессирует. Бегать Николай Михайлович уже не мог, гантели отставил, гимнастику сократил. Но борьба за долголетие продолжалась. Амосова взялся прооперировать профессор Керфер из Германии. Ему вшили искусственный клапан и наложили два аортокоронарных шунта. Казалось, что уж после такой операции Николай Михайлович должен снизить нагрузку до минимума. Но он не сдался и продолжил эксперимент над собой. Своим активным образом жизни он доказал, что человек может не только замедлить старение, но даже победить такую суровую болезнь, как порок сердца. Очевидно, если бы не болезнь сердца, он прожил бы гораздо дольше.

За свою долгую жизнь он получил много регалий - академик НАН Украины, Герой Украины, Герой Соцтруда, лауреат Государственной и Ленинской премий... Но лучшая память, которую он

оставил по себе, - тысячи спасенных жизней и новейшие методики в кардиохирургии.

Подготовила Вера Назарова


п»ї
Читайте в этой рубрике

ХРОНОГРАФ

Родилась Грейс Хоппер

Грейс Хоппер (в девичестве Мюррей) - американская ученая и контр-адмирал флота США, которая писала программы для гарвардского компьютера Mark-I, разработала первый компилятор для компьютерного языка программирования и внедрила термин «баг». Родилась она в семье... Читать статью полностью















На заметку потребителям
Реклама
Товары
Будь в курсе!
Курсы валют в Украине
Афиша
Телефоны служб
Новости
Loading...
Новости
Loading...
Новости