Культура

Между черным и белым

Человек с металлоискателем: преступник или помощник современного археолога?

Правду говорят: охота пуще неволи. Кто рыбу ловит, кто на зверушек охотится, а кто, вооружившись металлоискателем, выуживает из земли артефакты. Потомки находят, выкапывают и владеют. Но есть и те, для которых важно не владение или обогащение, а процесс охоты. И радость дарения. И участие в изучении старины.

О проблемах металлодетекторной «археологии» - наши интервью с известным сумским краеведом и меценатом Сергеем Гуцаном, с одной стороны, и директором Сумского областного краеведческого музея Владиславом Терентьевым и заведующей научно-исследовательским сектором музея Ларисой Белинской - с другой.

Радость дарения

- Сергей Иванович, что убедило бы вас сдать найденный артефакт в музей?

- Начнем с того, что есть факт массового увлечения поиском при помощи металлодетектора. Во всем мире. В Украине такой поиск пока еще законодательно не урегулирован, приобрел стихийные формы и, на мой взгляд, угрожающие для археологии масштабы. У нас это стало дополнительным заработком. Я отношусь к той категории людей, для которых это хобби, а не заработок, реализация детской мечты что-то найти, прикоснуться к истории. Но для процентов восьмидесяти это все-таки заработок. То есть люди ходят с металлодетектором для того, чтобы найти и продать. Взять первый сданный мной клад в музей - 5 бронзовых серпов XII века. Откуда он взялся? Ходил простой парень с металлоискателем по остаткам фермы под Старым селом, собирал металлолом. Среди металлолома он и обнаружил «закладуху» из пяти серпов бронзового века.

Людям удобно мыслить ярлыками - «плохо!», «нельзя ходить с металлоискателем!», «запретить!». Есть такие. Есть и такие, которые смотрят на все сквозь пальцы, даже не вникая в проблему. Но, как всегда, истина где-то посередине. Я привел факт: хлопчина, вполне легально собирая металлолом, находит пять серпов. Хорошо, что он знал, куда звонить - Гуцану. Позвонил. Хорошо, что Гуцан знал, как дальше поступить, - позвонил Белинской. Хорошо, что наш музей не оттолкнул. И вот есть факт: эти серпы уже в музее, место их находки есть, атрибуция не нарушена. Почти идеальный вариант. Не вижу причин, почему этому хлопчине нужно запретить ходить с металлоискателем. Вариант другой - если это памятник археологии, и он там ходит с металлоискателем. Оттуда, конечно, его нужно гнать. И я первый ему об этом скажу. Нужна система, которой у нас еще пока нет.

- Это как с автомобилями. Появились автомобили - разработали дорожные правила. Появилась доступная технология поиска - нужно ввести ее в какие-то рамки.

- В Израиле владеть металлодетектором нельзя. В Турции владеть металлодетектором можно - они даже их производят, - но им нельзя пользоваться. И турки ищут по ночам. (Я знаю, спрашивал.) Ну, такова наша природа. В Англии создан культ поисковика, который находит, приносит, сообщает в музей. Его хвалят, его вознаграждают. Что мы выберем? Считаю, огульно запрещать точно нельзя. Мое мнение - в любом случае, если есть металлодетектор, должна быть лицензия. Пусть даже платная. Чтобы получить лицензию, нужно выслушать от Белинской хотя бы пять лекций: куда звонить, если нашел, где искать нельзя, как правильно зафиксировать находку, что есть памятник археологии и т.д. Я думаю, что эту деятельность можно отрегулировать. Больших проблем не вижу. Нужно только от болтовни перейти к делу.

Черный рынок потому и образовался, что дело не узаконено. Пока все зависит от человеческого фактора. И он, к счастью, иногда работает на общую пользу. Недавно мой знакомый принес в музей две гривны (серебряное старинное украшение. - В.С.). Каждая из них стоит на рынке почти тысячу долларов. А он взял и принес. Его вдохновил мой пример. Отдать $2000 непросто. Пусть я - предприниматель, он же - простой трудяга! А смог отдать... Я его спрашивал - зачем? Он говорит: «Я себя уважать не буду, если я их продам».

Самый яркий пример - золото Шлимана. Знаменитое. (Сейчас оно в Пушкинском музее Москвы. - В.С.) И не важно... Нет, важно, наверное, как Шлиман его искал, как он его украдкой вывозил, последующая судьба находки. Это важно все, наверное. Но золото - в музее. О нем говорят, оно воспитывает поколения, показывает эстетику той эпохи. Оно работает. Пусть криминалисты по нему свои книжки пишут, какие законы были нарушены. Пусть археологи пишут, что он неправильно слои прошел. Да фиг с ними, со слоями. Он их прошел, и ценности - в музее. Вот если бы они были не в музее, а в частной коллекции, я бы сказал: «Вот это плохо». Вот и в нашем деле. Не все у моих знакомых чистенько и гладенько получается, как хотелось бы, но те предметы, которые идут в музей, - это абсолютно правильно.

- Хорошо бы создать механизм поощрения.

- Да, например, 20% стоимости клада. Это было бы признанием государства, что человек поступил правильно. Меценатство дело хорошее, но меценатам завидуют, у них за спиной (я это и по себе знаю, и по другим) слышится: «Ему делать нечего», «Дурак» и т.д. Я бы эти 20% тут же и пожертвовал - музею. Мне важно, чтобы государство поставило «штамп»: «Молодец, Гуцан! Правильно сделал». Потому что все мы люди.

- Возвращаясь к аргументам для передачи найденного артефакта в музей...

- Аргумент для передачи - то, до чего ты дорос, насколько ты развился. Наверное, пока ты развиваешься, ты еще жив, интересен себе и людям.

- Хорошо, что вы подали пример.

- Да. Люди начали нести. У меня мечта была, чтобы все несли...

- Сколько вами уже передано в музеи? Или вы не подсчитывали?

- В последнее время акты начал собирать. У меня книжка есть такая толстая. В ней уже страниц 50, наверное, этих актов приема-передачи. Ахтырка, Тростянец, Кролевец, Сумы, Миргород, Лубны, Хмельник, Жовква, Глухов, Пархомовский художественный музей... Я стараюсь передавать по месту находки. Мне хочется, чтобы внучка говорила: «Это передал мой дедушка. Мы с дедушкой передали в музей...»

Как правильно принимать подарки

В.Терентьев: - Сейчас в государстве идет активная наработка мер, которые позволят регулировать, ввести в правовое поле эту ситуацию. Граждане, которые с металлоискателями прочесывают известные нам памятники археологии, прямо нарушают закон. Их можно и нужно привлекать к ответственности. Это та категория людей, которая ведет поиск с целью наживы. Давно уже идут разговоры о том, чтобы регистрировать приборы, лицензировать продажу приборов для поиска.

Л.Белинская: - У профессионалов это все регулируется. Чтобы проводить археологические исследования, необходимо получить открытый лист - квалификационный документ, а к нему - разрешение Министерства культуры. Две совершенно разные организации должны подтвердить твою квалификацию, дать тебе разрешение для проведения любых археологических работ. В открытом листе должны быть указаны средства поиска, включая металлодетекторы.

- С профессионалами понятно. А как можно контролировать непрофессионалов?

- Четкого указания в законе, что обычному человеку нельзя ходить с металлодетектором, нет. Но он может вольно или невольно попасть на памятник археологии. А чтобы он на него не попал, мы должны вывесить перечень всех памятников, указать их границы. А мы этого сделать не можем, потому что туда сразу пойдут «черные». Получается замкнутый круг. Правоохранители, местные органы власти не могут обеспечить их сохранность. У нас на Сумщине 17 памятников национального значения. И их долбят!

- И что же делать?

В.Терентьев: - Пока мы руководствуемся Законом «О музеях и музейном деле». Все экспонаты музея принадлежат государству. Мы ими пользуемся на правах оперативного управления. В ст.18 закона среди источников формирования музейного фонда Украины указан и такой: «Передача предметов музейного значения, выявленных во время археологических, этнографических, научно-естественных и других экспедиций...» К «другим» можно отнести поиск с помощью металлодетектора в местах, где это не запрещено. Когда граждане добровольно приносят на безоплатной основе предметы, которые имеют музейное значение, мы вправе принять их в установленном порядке. Прямо скажем, очереди из граждан, которые несут к нам предметы археологии, пока нет. Сложился небольшой круг из жителей, принявших для себя такое решение, для которых поиск, изучение - это хобби. Каждый случай рассматривается индивидуально. Выясняем место находки. Наши специалисты выезжают на место, сверяют с реестром памятников археологии. Только в случае, если находка была сделана за границами памятника археологии, мы решаем принять предмет в музейный фонд Украины. Занять жесткую позицию в отношении абсолютно всех металлоискателей нельзя. Государство не выиграло бы, если бы тот же клад бронзовых серпов был в чьей-то частной коллекции.

- Вы как-то поощряете передачу?

Л.Белинская: - Если предмет очень интересный или это целый комплекс клада, в этикетке указываем: клад такой-то, найден там-то, в такое-то время и - передал такой-то.

В.Терентьев: - Все наиболее важные передачи мы делаем публично и торжественно.

Сенсационная находка

Прошло совсем немного времени после наших интервью, и произошло событие, которое стало прекрасной иллюстрацией к обсуждаемой теме. 20 февраля состоялась торжественная передача клада из пяти новгородских гривен Сумскому краеведческому музею. (Это такие серебряные палочки весом около 200 г. каждая, которые в ХI-XIII вв. в Древней Руси играли роль денег.) Дарители - все тот же Сергей Гуцан и Роман Бобков - ранее он тоже передавал найденные артефакты в музей. Лариса Белинская познакомила с археологическими исследованиями, в которых участвовал музей, - начиная с раскопок у села Зеленый Гай в 1929 году. В них принимал участие первый директор тогдашнего Сумского окружного историко-художественного музея Никанор Онацкий. Работники института прикладной физики Александр Бугай и Владимир Билык познакомили с результатами проведенных исследований гривен и показали с помощью принесенного рентгеновского спектрометра, как это делается. О находке рассказал Сергей Гуцан.

Предыдущий клад серебряных гривен на территории нашей области был найден в 1910 году в Путивле местным нотариусом. Небольшая часть предметов из него сейчас хранится в Историческом музее, в Москве. Остальная осталась у нотариуса, судьба ее не известна. «Мы с Ромой были в шкуре путивльского нотариуса, - сказал Сергей Иванович, припомнив ту давнюю находку. - Когда гривны выкопали, спрашиваю: «Как будем делить, Рома?» Сразу решили, что часть отдадим в музей. Часть - нет. Но к концу дня пришли к выводу, что все передадим в музей. Сфотографировали. Привезли ко мне домой. София (внучка С.Гуцана. - В.С.) с ними сфотографировалась. Кот-охранник их всю ночь сторожил. И на второй день весь клад передали в музей».

Было ясно, что дарение доставляет Сергею Гуцану и Роману Бобкову громадное удовольствие. Маленькая София участвовала в открытии клада для обозрения, полная сознанием своей высокой миссии. Миссия и на самом деле была высокой. По сути, София представляла будущее поколение, которое на время доверило взрослым хранение своих музейных ценностей. Чтобы затем передать их следующему поколению. Находку передавали весело, а принимали с благодарностью, остроумно и профессионально. Что тут скажешь - можем! По-белому!

Виталий Сергеев


п»ї
Читайте в этой рубрике

«Сумська Мельпомена» набирає обертів

Минулого тижня в міських театрах пройшло одразу три конкурсні вистави

На минулому тижні сумчани та гості міста мали змогу відвідати в рамках театрального конкурсу «Сумська Мельпомена» цілих три вистави. Особливо пощастило юним прихильникам театрального мистецтва. Одразу дві казки!... Читать статью полностью

Остановиться, оглянуться...

В городской галерее - персональная выставка Анастасии Томашевской. Анастасия живет в Киеве. С недавних пор позиционирует себя как художник-керамист. Выставкой живописи она подводит итог первому, живописному периоду художественного творчества.

Анастасия родилась в Сумах. Художественное... Читать статью полностью





Анонс








о чем говорят?
Реклама
Товары
Будь в курсе!
Курсы валют в Украине
Новости
Новости
Новости
Товары