За солью
Накануне Дня освобождения Сум нашим старожилам есть что вспомнить...
Когда началась Великая Отечественная, Антонине Галенковой шел четырнадцатый год. Ее отец с первых дней войны ушел добровольцем на фронт, где служил разведчиком. Тоня вместе с мамой и старшими сестрами Шурой и Верой жили в Сумах, почти в самом центре, - на улице Суджанской (ныне ул.Горького).
Немцы вошли в город в сентябре 41-го. А уже на второй день оккупации на Красной площади появились четыре повешенных: молодая девушка и трое мужчин. Тоню с ее подружкой Лилей, как и многих остальных сумчан, немцы загнали на площадь посмотреть, что может быть с теми, кто помогает нашей армии. Тогда девушке-подростку особенно запомнился немолодой мужчина, который стоял неподалеку от мертвой партизанки и плакал навзрыд. Возможно, она была его близкой родственницей... Девушка была потрясена этим зрелищем.
За время оккупации подружкам часто доводилось видеть немецкие облавы, сцены отправки молодежи в Германию. Однажды они и сами стали жертвами фашистских набегов...
Под конец немецкой оккупации сумчанам приходилось особенно туго с продуктами и предметами первой необходимости. Но на местном рынке можно было раздобыть спички, мыло, соль и хлеб. В апреле 43-го Тоня, взяв за компанию верную Лилю, отправилась туда за солью. Денег уже не было, поэтому мама отдала на продажу новую трикотажную юбку. На базаре местные торговки оценили ее в 300 рублей, а за стакан соли просили всего 200. Девчонки продали юбку, купили соль и уже собирались уходить, как рынок оцепили немцы. Подъехали четыре грузовика. Автоматчики с овчарками рыскали по окруженной территории, без разбора хватали девушек и женщин и прикладами загоняли прямо в кузова автомобилей. Среди захваченных оказались и Тоня с Лилей. Когда облава закончилась, машины сначала подъехали к городской комендатуре, а потом покинули Сумы, двигаясь в направлении Харькова.
Колонна прибыла в Бездрик. 38 пленниц согнали в обычный сельский дом, закрыли и приставили к нему охранника с овчаркой. Женщины плакали, кричали: никто не знал, чего ждать и зачем их сюда привезли. Только вечером на пороге появился немецкий чин с местной женщиной-кухаркой. Принесли на всех полведра кофе и четыре буханки хлеба. Офицер объяснил: «Кушаем и будем арбайтенать». Это известие вызвало новую волну плача. Антонина, которая хорошо знала немецкий, всем прокомментировала дальнейшее. Немец пообещал: кто будет рыдать - расстреляем, кто попытается убежать - повесим живьем вверх ногами. С этим визитеры удалились...
Уже стемнело, когда всех заложниц под конвоем погнали к речке, перевели через мост, за которым возвышался высокий бугор. Там была линия немецкой обороны. В двух рядах окопов залегли немцы, а третий ряд, располагавшийся выше всех, был полностью разрушен. Женщинам выдали лопаты и заставили его восстанавливать. Но не успели даже начать работу, как в небе вспыхнули ракеты, и тут же началась минометная стрельба, застрочили пулеметы. Это наши войска открыли огонь с противоположной стороны. Немцы ответили тем же. Очутившись на открытой линии ожесточенного боя, женщины попадали просто вниз лицом. Многих от разрывов снарядов накрыло землей. Немцы кричали: «Панянки, назад!»
Тоня попыталась бежать: с трудом вытянула из окопа ногу, даже успела схватить за руку Лилю, но вдруг ощутила резкую боль - в ногу впился осколок от разорвавшейся мины. Сапог стал наливаться кровью. Девушки остались на месте. Понемногу все утихло. Подружки поднялись с земли: из 38 захваченных сумчанок в живых остались только двадцать две...
Их опять перевели через мост и закрыли уже в полуразрушенном доме. Антонина предложила всем бежать. Согласились только девять. План Тони был таков: пока она заговаривает охранника, пленницы одна за другой покидают дом через дыру в дальней стене и бегут в лес, что находится от них в 15-ти метрах. Все получилось. Осталось дело за самой Антониной. Девушка стала выжидать. Прошло около получаса, пока страж покинул пост, отправившись за спичками в госпиталь. Тоня пулей бросилась в лес. Оттуда все вместе направились в Сумы.
На рассвете были уже в Токарях. По дороге их догнал немецкий патрульный грузовик. Тоня, несмотря на то что на улице было холодно, а местами еще лежал снег, приказала всем разуться. Патруль потребовал пропуск. Девушка решила продолжить игру. Стала рассказывать немцам, что они были в Бездрике, рыли там окопы для немцев, но обувь прохудилась и их отпустили в Сумы переобуться. Старший поверил, правда, велел вернуться обратно - за пропуском. Когда грузовик удалился, девушки пошли дальше. Путь до въезда в Сумы они прошли беспрепятственно.
Дежурный на посту встретил входящих в город девушек автоматной очередью, пронесшейся над их головами. Снова знакомое: «Аусвайс!» В ответ Тоня поведала ту же историю. Бдительный охранник решил перезвонить в Бездрик, дабы удостовериться в рассказанном. Но девушка опередила его: «Помните, вы недавно пропускали в город патрульную машину, где находились один солдат и два офицера (и без запинки называет их звания. - Л.П.)? Так они нас тоже видели и дали добро сходить домой переобуться!» На что постовой махнул, - мол, идите, только быстро. Не чуя под собой ног сумчанки бросились в первый дом, откуда окольными путями, чтобы больше не попадаться на глаза немцам, добрались до Харьковского моста.
Но, к их изумлению, мост с обеих сторон был оцеплен немцами, а со стороны города толпился народ. Как выяснилось, за это время линия фронта передвинулась и подошла именно сюда, к мосту. Поэтому тех, кто жил за мостом, на Пришибе, немцы не пускали домой. Увидев на противоположной стороне подошедших беженок, толпа еще больше заволновалась. Люди подумали, что это вернулись счастливчики, которым немцы позволили смотаться домой. Тоне опять пришлось рассказывать немцам все ту же историю, и автоматчики опять пропустили их в город!
На свою родную Суджанскую Тоня и Лиля летели как на крыльях. И вот, наплакавшись и наволновавшись, их семьи только через сутки дождались своих дочерей с рынка, куда они ходили за солью и откуда могли и не прийти.
После такого потрясения у Антонины воспалилась двенадцатиперстная кишка. Полтора года мама боролась за ее жизнь. Никакие лекарства не помогали. Истощенную, медленно умирающую молодую девушку отказывались оперировать хирурги. Но доктор Рыбалка все же рискнула: без наркоза удалила ей опухоль, восстановила работу желудка.
Пролежав в больнице около месяца, Тоня вернулась к нормальной жизни. Доктору-спасительнице Антонина Васильевна до сих пор носит на могилку цветы. Ей, Антонине Галенковой, в декабре исполнится 80. О походе за солью напоминает осколок разорвавшейся мины, который так и остался «сидеть» в ее левой ноге.
Лиза Павлова
Приєднуйтесь до нас у соцмережах та оперативно отримуйте найважливіші новини:
«Сумщина в именах» пополнилась
16-летие независимости ознаменовалось звоном наград и звуками органа
Сумщина испокон веков славится не только живописной природой, но и выдающимися людьми, которых растила и вдохновляла эта земля.
23 августа наша область назвала новых своих уроженцев, достойных с гордостью носить... 
Туфлі на низькому каблуку: елегантність, яку зручно носити щодня
Не кожна пара туфель має вимагати особливої нагоди. Іноді найцінніше взуття в гардеробі - це саме те, яке виглядає акуратно, додає образу жіночності, але не змушує рахувати кроки до кінця дня. Туфлі на низькому каблуку добре підходять для міста...
UPG продовжує розширювати мережу: чергова АЗС розпочала роботу на Сумщині
Мережа АЗС UPG надалі розвиває автозаправну інфраструктуру Сумщини, інвестуючи у її відновлення. Компанія відкрила ще одну АЗС в місті. Нова станція вже працює за адресою: м. Суми, просп. Лушпи 6/2 Станція пройшла технічну підготовку перед запуском: очищення резервуарів, оновлення обладнання та перевірку точності наливу...
Наші читачі дуже часто запитують, де саме, в яких торгових точках можна знайти тижневик «Ваш шанс»? Щиро раді зацікавленістю у виданні і надаємо вичерпний перелік місць, де реалізують газету.
