Встреча для вас

Гимн души - «Прощание славянки»

МальЧик с холщовой сумкой шел по обочине дороги - собирал милостыню по дворам. И вдруг - ошеломляющая, хватающая прямо за сердце музыка!.. В клубах пыли его догоняла походная колонна, впереди - музыканты в белых рубахах, медь духовых инструментов так и сверкает на солнце!..

308-й резервный «Царев батальон» - так называли в дореволюционное время духовые оркестры, - дислоцировавшийся в Астрахани, отправлялся в летние лагеря. Судьба этого мальчика решилась в тот же миг. Вася Агапкин, сын батрака, с 9 лет круглый сирота, понял, что самое прекрасное в мире - трубач, шагающий впереди воинского строя.

«Ах, зачем нас забрили

в солдаты...»

Мальчик увязался за музыкантами до самых ворот военного городка, и вскоре они его таки приютили. Музыкальный слух у него был безупречный, это и определило его судьбу. В 16 лет он уже солист оркестра. А суждено ему стать безвестным сочинителем бессмертной музыки. Ну кто назовет автора «Прощания славянки»?.. Никто. Значит - народная. Причем для половины Земли. И все-таки написал эту музыку он, Василий Агапкин, и прозвучала она впервые - на Украине.

Исследователи-музыковеды нашли немало песенных версий на музыку «Славянки». Одна из них - в основу самого марша положена мелодия песни времен русско-японской войны 1904-1905 годов. Начиналась она словами:

Ах, зачем нас забрили в солдаты,

Угоняют на Дальний Восток?

Неужели я в том виноватый,

Что я вырос на лишний вершок?

Оторвет мне иль ноги, иль руки,

На носилках меня унесут,

И за все эти страшные муки

Крест Георгия мне поднесут...

Запрещенная, распевавшаяся в армии подпольно, песня эта, благодаря ее жалостливому, легко запоминающемуся напеву, распространилась по России. Легла на душу, обросла вариантами... Где же и когда ее впервые услышал молодой штаб-трубач Василий Агапкин? Скорее всего, в губернском Тамбове, куда привела его мечта выучиться в известном в стране музыкальном училище.

«Новейший марш

к событиям на Балканах»

1912 год. Турция напала на Балканы. Вечная жертва - Сербия, а еще - Черногория, Болгария, Греция... Русские газеты пестрят призывами, воззваниями, сводками. По Варшавской железной дороге день и ночь едут добровольцы - солдаты и офицеры, целые отряды сестер милосердия. Серые грубые шинели, бесконечные перроны, паровозные гудки... Нотные издательства и фирмы грамзаписи тут же реагируют на это выпуском нот и грампластинок болгарского, сербского и греческого гимнов. 28-летний Василий Агапкин служит в 7-м запасном кавалерийском полку в Тамбове.

Он охвачен всеобщим порывом и cочиняет свой марш, чтобы посвятить его женщинам-славянкам, провожающим отцов, сыновей, мужей, братьев. Настроение той, поразившей его песни стало основой мелодии. С давних пор военные марши звучали бодро, бравурно. А агапкинский начинается грустно и трогательно. Правда, потом переходит в мажорный лад. Но все равно это было дерзким отступлением от традиции!

Первым новую мелодическую особенность подметил известный тогда военный капельмейстер, композитор и нотоиздатель Яков Богорад. Ему в Симферополь Василий Агапкин привез клавир своего сочинения. Богорад проиграл марш, попросил Агапкина исполнить опус на трубе. И огорошил автора вопросом:

- Молодой человек, что вы мне привезли?

- Марш.

- А где же его трио? У вас тут запев и припев, как у лирической песни. А маршевая форма - трехчастная!.. Придется нам с вами придумать недостающую часть.

Вместе придумали и название - «Прощание славянки».

Там же, в Симферополе, марш впервые был издан. На обложке рисунок: молодая женщина прощается с воином. Вдали - Балканские горы, отряд солдат. И надпись: «Прощание славянки» - новейший марш к событиям на Балканах. Посвящается всем славянским женщинам. Сочинение Агапкина».

Первая грампластинка с маршем была выпущена летом 1915 года в Киеве - фирмой «Экстрафон». И пошли бесчисленные тиражи...

«Этот марш не смолкал

на перронах»

В России, дореволюционной и советской, всю жизнь кого-то куда-то провожали - чаще всего на подвиги, трудовые или ратные. На одни только войны провожала матушка-Русь 700 лет из тысячи! Ну и, конечно, - в последний путь... В любом захолустье с возникновением духовой музыки можно было найти похоронную команду, худо-бедно исполнявшую короткий жизненный репертуар: свадебный марш Мендельсона - занавес открывается, и шопеновский похоронный - занавес смыкается, гаснет свет... А в промежутке - проводы. Тут как раз, если говорить о прошедшем ХХ веке, свое законное место занял марш третий - «Прощание славянки».

«Сочинение Агапкина» немедленно подхватили. Его исполняли на концертах и в парках, городских садах, все полковые оркестры взяли марш на вооружение. Ведь в нем, хоть он и военный, мы и доселе слышим не воинственность, а восторг и сопричастность всему вокруг, чувство бессмертия - даже если погибнешь! - и одновременно плач Ярославны... Это была та музыка, которую много позже Поль Мориа назвал «Вечной Россией».

А главное, марш как бы вобрал в себя предощущение грядущих войн. И в первую же из них, разразившуюся в августе 1914 года, грустное и грозное «Прощание славянки» захватило всю Россию: «На перроне бледные, заплаканные жены благословляют офицеров, вешают на шеи ладанки. И гром оркестров, - замечательная русская военная музыка, не имеющая равной в мире, за счет которой еще Наполеон относил многое в победах российского оружия...» (Н. Яковлев, историк).

Четверть века спустя - вторая мировая. Есть легенда, что в самое трагическое время, когда немцы стояли под Москвой, - на легендарном параде 7 ноября сводный оркестр исполнял марш «Прощание славянки», а дирижировал автор - уже в летах. Мороз, снег. Войска с площади уходили прямо на фронт. После того как прошла пехота, оркестр должен был подвинуться и пропустить конницу, артиллерию, танки. Но никак не могли сдвинуть с места старого дирижера. Василий Иванович Агапкин так закоченел, что у него свело лицо и намертво примерзли к помосту сапоги. Он вспоминал: «Что делать?.. Задерживаю кавалерию, а не могу даже слова выговорить: губы не шевелятся. Жестом никого не подзовешь - любой мой взмах на виду оркестра может быть истолкован как дирижерский. Спасибо капельмейстеру Стейскалу. Он догадался и быстро подбежал к подставке. Я нагнулся, рукой оперся на его плечо и отодрал ноги. Держась за Стейскала, медленно спустился по ступенькам вниз. И подал знак, чтобы оркестр отвели к ГУМу...» Все это наверняка так и было. Но - без «Славянки». «Прощание славянки» на этом параде не исполнялось - ведь марш был запрещен. Не звучал он и во время парада Победы в июне 1945-го...

Ведь между двумя мировыми была еще гражданская. «Прощание славянки» оказалось своим и для красных, и для белых. Первым русским текстом марша, полагают историки, следует считать слова А.Мингалева «Встань за Веру, Русская Земля», распевавшиеся в Белой гвардии, в частности, в войсках Александра Колчака. Что и стало причиной запрета марша на долгие советские десятилетия.

Но песню не убьешь. Ноты дореволюционных изданий сберегли музыканты. Деревенские гармонисты «жарили» марш на вечеринках и проводах в армию. А сколько песенных версий вызвал он к жизни - и не сосчитать!

И сегодня, словно в подтверждение слов «военного» варианта 70-х «Этот марш не смолкал на перронах /В дни, когда полыхал горизонт», ежевечерне «Прощание славянки» звучит из репродукторов на Южном вокзале близкого нам Харькова: под него отходит фирменный поезд на Москву. И из далекого Владивостока - при отправлении в самый длинный в мире маршрут поезда «Россия». Под звуки марша традиционно отплывают в рейс и пассажирские теплоходы на Волге.

Славяне не прощаются

со своей «Славянкой»

«Реабилитировал» и вернул нам «Прощание славянки» фильм «Летят журавли» - в 1957-м. В нем есть сцена проводов добровольцев. Помните? Многолюдье провожающих у двора школы. Вдоль решетки мечется Вероника. Ведь где-то здесь, в колонне, ее Борис. Напряжение последних секунд. Отчаяние. И в это мгновение оркестр грянул марш «Прощание славянки»...

«Прощание Славянки» с текстом под названием Rozszumialy sie wierzby placzace («Расшумелись плакучие ивы») являлось и гимном польской Армии Крайовой. У нас же в народе «сочинение Агапкина» исполнялось и исполняется в самых разных вариантах, в том числе самых лирических. Например:

Разбирая поблекшие карточки,

Окроплю запоздалой слезой

Гимназисточку в беленьком фартучке,

Гимназисточку с русой косой...

Александр Галич, большой ценитель и знаток музыки, написал на эту мелодию свой «Походный марш»: «Уходили мы в бой и в изгнание / С этим маршем на пыльных губах...»

Кажется, что всякий наш человек носит эту музыку в себе, а слова находятся нередко свои - если и несовершенные, то все равно идущие от сердца... Не случайно Иосиф Бродский, живший в изгнании вдали от родины, просил Мстислава Ростроповича убедить российского президента сделать «Прощание славянки» гимном страны. Чем не гимн? Какая еще музыка так тревожит душу?..

Сам же Василий Иванович Агапкин воевал в составе 1-го Красного гусарского полка. Затем был военным капельмейстером оркестра Тамбовского гарнизона. Вместе с ним и переехал в Москву. (Оркестр Агапкина участвовал и в похоронах Ленина.) В 1928 г. организовал духовой оркестр из беспризорников... Василий Иванович продолжал свои композиторские опыты и особенно преуспел в жанре вальса. Под «Волшебный сон», «Любовь музыканта», «Голубую ночь», «Сиротку» и другие его сочинения москвичи любили танцевать в парках. Восемьдесят лет прожил автор бессмертного марша, отдав более шестидесяти военной музыке. Умер он в 1964 г. и похоронен на Ваганьковском кладбище. Пока его марш - гимн Тамбовской области. Но наши славянские души, прожившие с этим маршем уже почти столетие, с ним не распрощаются никогда.

Подготовила Людмила Гриневич


Приєднуйтесь до нас у соцмережах та оперативно отримуйте найважливіші новини:

💙Telegram

💛Facebook


п»ї