новини

Удастся ли родителям найти общий язык, чтобы не страдал ребенок?

25.11.2018 12:43

Читатели ВШ приходят в редакцию с разными житейскими историями. Кто-то просит помощи в разрешении коммунальных проблем, кто-то - личных.

Вот так и Игорь (имена героев изменены), молодой человек, больной ДЦП, передвигающийся с помощью двух палок-подлокотников, попросил, чтобы мы повлияли на его бывшую жену, которая, по его словам, не дает ему встречаться с 7-летним сыном Сергеем. Конечно, разбираться в семейном конфликте - дело неблагодарное, но здесь, на первый взгляд, была явная несправедливость - отец не лишен родительских прав, хочет участвовать в воспитании ребенка, а ему не дают... Но только на первый взгляд.

- В 2009 году я с отличием окончил ХНУВД, познакомился с Ириной, и через год мы поженились, - рассказывает Игорь. - Жена - из небольшого райцентра, работала в Сумах, поэтому жить решили вместе с моими родителями в 2-комнатной квартире. В 2011 году родился сын Сережа. Я, несмотря на инвалидность, работал делопроизводителем на крупном предприятии. С сыном мы дружили, часто гуляли вместе.

Но постепенно отношения с женой разладились, начались семейные проблемы, скандалы. Жена

уехала жить в райцентр, к родителям. Я звонил, пытался наладить отношения, но безрезультатно. В феврале 2016 года поехал домой к Ирине, но разговора не получилось, не сдержав своих эмоций, ударил тещу. (Но это был единичный случай рукоприкладства.)

8 марта я купил цветы и через кума передал их жене, а 9-го сам поехал в райцентр, чтобы вручить подарки. Но в дом меня просто не пустили, тесть открыл калитку и в довольно резкой форме сказал, чтобы я больше не появлялся. Я был настойчив, начал стучать бутылкой с водой по калитке и металлическому забору. Продолжалось это минут 30-40. Потом снова вышел отец Ирины и вылил на меня ведро воды. Конечно, я не ожидал от него такого, вдобавок тесть начал отгонять меня от дома. И в итоге мне пришлось уйти.

Позже мы с женой все-таки встретились в «Макдональдсе», пытались договориться, но не получилось. У меня началась депрессия, чтобы не сорваться, за помощью я обратился к психиатру, невропатологу. Снова пытался поговорить с Ириной. Пробовал уговорить свою маму, чтобы она поехала в райцентр, просил ее поехать вместе со мной, но она не соглашалась. На эмоциях заявил: если не поедет - выброшусь с балкона. Мама думала, что я этого не сделаю. Но ошиблась, я выпрыгнул с третьего этажа, упал на асфальт. Меня забрали в реанимацию, диагностировали закрытый перелом трех позвонков и другие повреждения. Я утратил способность передвигаться. В Харькове мне сделали операцию, которая стоила более

120 тыс. грн. Мне помогали и финансово, и морально прихожане Свято-Преображенского Собора и Собора свт. мученицы Валентины. А жена за это время ни разу не пришла и даже не позвонила.

В конце марта она подала на развод, и в июле 2016 года нас развели. Через две недели Ирина написала заявление на алименты. Решение Заречного суда было вынесено в сентябре. Я попросил Ирину, чтобы она сходила в исполнительную службу, оформила документы и дала мне номер карты, куда перечислять деньги. Но она сделала это только в марте 2017-го. Потом в конце 2017 года я вместо пенсии стал получать пособие от департамента соцзащиты, так как оно больше, но исполнительная служба не переоформила документы. Таким образом, не по моей вине образовалась задолженность в 13 тыс. грн. Бывшая жена написала заявление участковому, что я злостный неплательщик алиментов, и мне пришлось обратиться в управление юстиции. С сентября этого года алименты наконец-то начали отчислять.

Я очень люблю своего сына и хочу видеться с ним, но жена не по-

зволяет. За два с половиной года видел Сережку всего пару раз. Ездить к ребенку в райцентр не могу, а привозить его ко мне домой Ирина не хочет. Вот и получается, что родительских прав меня никто не лишал, а видеться с ребенком я не могу.

Совсем по-другому оценивает ситуацию бывшая жена Игоря - Ирина:

- Когда мы поженились, жили нормально. Но после рождения сына отношения дали трещину. Игорь почти не интересовался здоровьем ребенка, его проблемами. Если Сережку нужно было отвести в садик, отказывался, говорил, что ему некогда, хотя в то время он уже не работал.

Конфликты у нас были постоянно. Игорь кричал не только на меня, но и на сына. Когда Сережке было пять лет, при очередном скандале муж попытался меня задушить и чуть не сломал руку (показала фото и заключение экспертизы о побоях. - Н.С.). Когда пришел участковый, обо всем произошедшем рассказала не только я, но и до полусмерти перепуганный ребенок. Но в возбуждении уголовного дела в полиции отказали. Сын шарахается от папы и не хочет его видеть. А вот с отцом Игоря и его мамой отношения у нас хорошие. Сережка с удовольствием видится с ними, особенно с дедушкой. Он часто приходит на выступления Сережки. Мальчик уже больше двух лет занимается хореографией, у него много призов и медалей, выступал на международных танцевальных конкурсах в Киеве, завоевал два первых и одно третье место в своей возрастной группе. Множество конкурсов проходили в Сумах, ни на один из них Игорь не приходил, был только его отец. Сейчас нужно будет ехать в Польшу, на конкурс, но Игорь пригрозил, что не даст разрешения на выезд ребенка. К счастью, у Игоря есть задолженность по алиментам, и его согласие не требуется.

Недавно он звонил мне в очередной раз, я предложила ему прийти в госуниверситет, там проходил областной конкурс, и Сережа должен был выступать. Но Игорь отказался прийти, был его отец.

Понимаете, я была не против общения Игоря с сыном, но привозить ребенка по его указанию к нему домой не хотела. Неизвестно, чем такая поездка могла закончиться для меня, тем более когда Игорь начал мне присылать письма и СМС-ки с угрозами физической расправы, писать кляузы в самые различные инстанции - от райадминистрации до правительственной горячей линии, обвинять моего отца в том, что он украл 500 долларов, когда я забирала вещи из сумской квартиры. Да много чего еще. Спрашивается, как после всего этого я могу заставить ребенка общаться с отцом?!

В августе я подала в суд документы на лишение Игоря родительских прав, когда к нам приходили из попечительского совета, проверяли условия проживания ребенка, попутно выясняли его отношение к отцу. Сын сказал, что боится его и не хочет видеть, а в Сумы будет ездить только к дедушке и бабушке, к папе - категорически нет.

***

Кто прав, кто виноват в этой истории - мы не беремся судить. Но несомненно одно - в ней есть пострадавшая сторона - 7-летний Сережа...

Ника Слободская


Приєднуйтесь до нас у соцмережах та оперативно отримуйте найважливіші новини:

💙Telegram

💛Facebook


п»ї